Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

водка, мишка

"Ночь саперных лопаток". Про право на самоопределение народов в СССР



В ночь на 9 апреля 1989 года, БТРами, газом, саперными лопатками, была разогнана мирная демонстрация в Тбилиси на проспекте Руставели, требовавшая предоставить Грузии независимость. 21 человек погиб, свыше 600 раненых. На этом всё "самоопределение" и закончилось.




С чего всё начиналось и как происходило.

Collapse )
водка, мишка

Как "деды" от украинцев Западную Украину "освобождали"



Везли ночами. Днем вагоны загоняли в тупики. Операция «Запад».Как всего за три дня, с 19 по 21 октября 1947 года, МГБ СССР депортировал в Сибирь, Казахстан и северные районы РСФСР более 77 тыс. жителей Западной Украины.

Collapse )
водка, мишка

Тунгусская народная республика или про "право на самоопределение народов" в СССР



14 июля 1924 года в поселке Аян на побережье Охотского моря состоялся Всетунгусский съезд, на котором была провозглашена независимая от СССР Тунгусская народная республика и поднят её бело-зелено-черный флаг (белый цвет символизировал сибирский снег, зеленый – лес, тайгу, черный – землю).
Не сумев подавить тунгусов силой, большевики пошли на переговоры, а когда ополченцы сложили оружие, путем репрессий жестоко расправились с восставшими оленеводами и охотниками.

Collapse )
водка, мишка

Как сегодня в РФ выглядят места преступлений советского режима



"Российская Федерация, объединенная тысячелетней историей, сохраняя память предков, передавших нам идеалы и веру в бога, а также преемственность развития..."

Тундра окутана непроглядным туманом. Предельная видимость — метров десять, но кажется, что уже вытянутые руки — в дымке. Колючие жесткие травинки посередине мокрой, полузаросшей-полуразмытой песчаной колеи закидывают на шнуровку ботинок крупные круглые капли чистой воды. Делают это так ловко, как опытные баскетболисты. Вроде только отошел — ноги мокрые… Отсыревшие ботинки быстро покрываются налипшим песком. Шаг становится тяжелее и короче. Мимо проплывают остова рыбацких судов, разбросанные по тундре.

Идти недолго, минут двадцать, накануне я ездил в эти края на квадрике, и где-то за остовом самоходки и сотнями ржавых бочек видел кресты. Но сейчас найти их не могу — колеи предательски раздваиваются, иду уже просто по тундре, так посуше. И вот через туман просвечивают перекрестия. Сердце начинает биться, хотя особых поводов нет. Тишина тут такая громкая, что даже ветра не слышно.
Воздух внезапно становится липким и тяжелым, дыхание сбивается, сердечный ритм рвется, как бумага в шредере. А вот, собственно, и цель путешествия.

Это кладбище спецпереселенцев — эстонцев, литовцев, финнов (сосланных из Ленинградской области и Карелии) и трудмобилизованных на острове Тит-Ары в дельте Лены, в нескольких десятках километров от моря Лаптевых.

Collapse )
водка, мишка

Норильское восстание и конец ГУЛАГа



25 мая 1953 года, началось самое продолжительное и массовое выступление заключенных в истории ГУЛАГа - Норильское восстание в Горлаге, в нем участвовали около 30 тысяч человек. По сути, оно и стало началом конца системы сталинских лагерей.

Collapse )
водка, мишка

Культурный слой эпохи вкусного пломбира в Украине



Это останки жертв массовых репрессий в Винице. Здесь в 1937–1938 годах по всей области НКВД арестовал 40 тыс. людей. Почти 60% из них осудили к наивысшей мере наказания. Утверждали списки репрессированных по предоставленному сверху "лимиту", а рассматривали дела внесудебные органы — "тройки". К ним входили секретарь обкома, начальник облуправления НКВД и областной прокурор. Приговоры исполняли во дворе тюрьмы, а тела потом вывозили и хоронили в городе. При захоронениях вещи расстрелянных сбрасывались в яму, на трупы. Участки для массовых захоронений среди кладбищенских памятников, деревьев и кустов, закрывали плотными заборами.

Collapse )
водка, мишка

В начале славных дел. Как СССР растил армию юных стукачей



Павлик Морозов и его команда. Как страна "где так вольно дышит человек" растила армию малолетних стукачей, делая из них героев для советских детей.

Каждый фанат "совка" с ностальгией вспоминает как он был пионером, опепируя стандартным набором мифологизированных пропагандой образов "счастливого детства":веселые праздники,походы, песни у костра, тимуровцы, уважение к старшим... Совсем забывая о каждодневной пропаганде, идеологической муштре,создании искаженной картины мира с повсеместными "врагами", подавлении всякого свободомыслия,ежедневной установке "быть как все, не выделяться", и, конечно же о поощряемом доносительстве, будь то разбивший стекло одноклассник Вовка или собственные ррдители. О последнем мы сегрдня и поговорим.

История доносительства в России имеет давние и глубокие корни. К началу XIX века в Российской империи была широко развернута система платных агентов полиции. При Александре II обсуждалась даже идея воспитания доносчиков с юных лет. В проекте, предложенном монарху, указывалось на необходимость начинать работу с доносчиками в самом юном возрасте, с гимназии: обратить внимание на гимназистов, которые доносят на товарищей, поощрять их, оказывать помощь при поступлении в университет, а по окончании учебы брать как опытных и образованных агентов на работу в полицию. Александр II отверг проект. В среде знатных и образованных людей XIX века слово «донос» все-таки имело крайне негативную моральную окраску, а фискалы вызывали общее презрение.

Зато идеей с удовольствием воспользовались люмпены-большевики. Приобщение детей к доносительству, при большевиках получило мощную государственную поддержку. Воспитание доносчиков стало важным направлением идеологической деятельности. Донос подавался как "новое качество советских людей": как их "открытость и честность", как "критика, способствующая улучшению жизни", как "необходимое средство для достижения великой цели", в которую многие из доносчиков всех возрастов, обработанные советской пропагандой, искренне верили.



Несколько поколений советских детей выросло на мифе о пионере Павлике Морозове. Когда его историю, причем в интерпретации советской пропаганды, узнавали люди на "бездуховном" Западе, они видели в ней трагедию ребенка, которому одни взрослые люди промыли мозги, а другие взрослые, вместо того, чтобы свернуть шеи большевистским пропагандистам, мальчишку убили. Никакого героизма и подвига ни один здравомыслящий человек здесь не увидит. Но только не захвативший власть красный охлос, многие из "ярых деятелей' которого в своих городах и деревнях с трудом умели читать и писать.



Павлик был сделан национальным героем огромной страны и преподнесен советской детворе, как новый идол и пример для подражания. У взрослых были террористы Ленин и Сталин, партия и комсомол. У юного поколения - их ровесник доносчик. «Пионерская правда» писала: «Павлик не щадит никого: попался отец — Павлик выдал его, попался дед — Павлик выдал его. Павлика вырастила и воспитала пионерская организация». О Павлике Морозове написано три десятка книг, сотни брошюр, листовок и плакатов, о нем слагались поэмы и песни.



Первым песню о Павлике написал сразу же ставший известным молодой холуй сталинского режима Сергей Михалков (основатель династии кремлевских придворных лизоблюдов).

Был с врагом в борьбе Морозов Павел

И других бороться с ним учил.

Перед всей деревней выступая,

Своего отца разоблачил!

Поднимал рассвет зарницы знамя.

От большого тракта в стороне

Был убит Морозов кулаками,

Был в тайге зарезан пионер.

И к убийцам ненависть утроив,

Потеряв бойца в своих рядах,

Про дела погибшего героем

Не забыть ребятам никогда!.

Рвение Михалкова не осталось незамеченным и он стал секретарем Союза писателей России. Сочинял он и стихотворения-доносы, требуя в них смертной казни врагам народа. Впрочем, Михалков не был одинок.

"Борьба с мелкими вредителями — сорняками и грызунами — научила ребят бороться и против крупных, двуногих. Здесь уместно напомнить подвиг пионера Павла Морозова, мальчика, который понял, что человек, родной по крови, вполне может быть врагом по духу и что такого человека — нельзя щадить", - писал в то же время другой "певун Кремля" Максим Горький.
У доносительского жанра литературы быстро появились многочисленные приверженцы: Демьян Бедный, Александр Безыменский, Бруно Ясенский, и т.д.

Имя самого "юного героя" присваивали улицам, школам и кораблям, на его примере воспитывали юную смену. По указанию Сталина в 1948 году в Москве юному герою был поставлен памятник, а его именем названа улица. В связи с открытием памятника группа представителей творческой интеллигенции в коллективном обращении в «Пионерской правде» призвала всех детей страны продолжать делать то, что делал Морозов. Коллективное обращение подписали самые известные писатели, драматурги и поэты того времени: Александр Фадеев, Леонид Леонов, Самуил Маршак, Всеволод Иванов, Валентин Катаев, Всеволод Вишневский, Сергей Михалков, Лев Кассиль, Анатолий Софронов, Михаил Пришвин, Агния Барто, Сергей Григорьев, Борис Емельянов, Лазарь Лагин. Авторы обращения подчеркивали, что те дети, которые будут следовать путем Павлика Морозова, "станут героями, учеными и маршалами. На цоколе памятника был текст: «Павлику Морозову от московских писателей".



Это то, о чем знают все. Но далеко не все знают, что у пионера-доносчика, благодаря усилиям советской пропаганды, сразу появилось множество подражателей.

Подготовка к показательному процессу по делу об убийстве Павлика Морозов была в разгаре, когда в селе Колесникове Курганской области застрелили из ружья другого мальчика — Колю Мяготина.

Событие это, судя по официальным данным, выглядело так.Его мать, вдова красноармейца, отдала Колю в детский дом, так как его нечем было кормить. Там мальчик стал пионером, а позже вернулся к матери. Богатых крестьян уже раскулачили и выслали, но в селе остались пьяницы и хулиганы. Коля прислушивался к разговорам взрослых и «обо всём, что видел и узнавал, он сообщал в сельский совет». Друг Коли Петя Вахрушев донёс на него классовым врагам, то есть сообщил родным, кто доносчик.

«Пионерская правда» в деталях описала убийство Коли. «Кулаки старались развалить молодой, ещё не окрепший колхоз: портили колхозный инвентарь, калечили и воровали колхозный скот. Пионер Коля Мяготин стал писать о происках кулаков в районную газету. Об одном из случаев крупной кулацкой кражи колхозного хлеба он сообщил в сельский Совет. В октябре 1932 года кулак Фотей Сычёв подговорил подкулачников, хулиганов братьев Ивана и Михаила Вахрушевых убить пионера. Выстрел в упор навсегда оборвал жизнь 13-летнего пионера».

За прошедшие 80 лет дело об убийстве зауральского подростка дважды опротестовывалось Генеральной прокуратурой, и Президиум Верховного суда дважды пересматривал это дело. В результате окончательная картина убийства пионера-героя Коли Мяготина оказалась совсем не такой, как описывалась в книжках. Никаких расхитителей колхозного зерна Коля не разоблачал, напротив, сам промышлял кражами семян подсолнухов с колхозного поля.

За очередным таким занятием его и застал красноармеец, охранявший поле. В результате перебранки вспыливший сторож выстрелил в Колю, а 12-летний приятель подростка Петя Вахрушев сумел убежать. Сначала Вахрушев рассказал всю правду, но на втором допросе неожиданно изменил показания, сказав, что Колю убили два его старших брата. Таким образом, в убийстве обвинили братьев Вахрушевых и по ходу дела разоблачили еще несколько якобы причастных к расхищению зерна и смерти Коли кулаков.

В декабре 1932 года выездная сессия Уральского областного суда в Кургане по делу об убийстве Коли Мяготина приговорила пятерых жителей села Колесниково к расстрелу, шесть человек — к десяти годам лишения свободы и одного — к году принудительных работ. Сразу после суда Петя Вахрушев исчез без следа, ещё через неделю нашли повешенной его мать, а убитого мальчика, подобно Павлику Морозову, объявили пионером и героем.

В 1999 году по протесту Генеральной прокуратуры Президиум Верховного суда Российской Федерации по делу об убийстве Коли Мяготина реабилитировал как невиновных десять человек. Двоим осуждённым состав преступления был переквалифицирован из политической статьи в уголовную. Решением Курганской городской думы от 16 февраля 1999 года табличка на памятнике, воздвигнутом Коле Мяготину, на которой говорилось о зверском убийстве пионера-героя кулаками, была снята.

Были среди «пионеров-героев», конечно, и девочки. Например, жительница Татарской АССР Оля Балыкина написала в ОГПУ письмо, в котором раскрыла «преступные замыслы» своих родителей. Ее отец вместе с пособниками воровали с поля хлеб,хотели сделать запасы для своих семей,чтобы не пришлось голодать, боялись, что колхоз все заберет себе, при этом порой брали с собой "на дело" и саму Олю. В итоге, вступив в пионерский отряд, девочка решила разоблачить отца и «снять камень с души».

Главные фигуранты дела получили по 10 лет строгого режима, остальным дали меньшие сроки. Девочку отправили в детский дом, где она взяла себе другое отчество – чтобы ничего не напоминало об отце. Какое-то время к девочке проявлялось повышенное внимание – про нее писали в прессе, местный драматург даже написал про ее «подвиг» пьесу «Звезда», которая ставилась в казанских театрах.

Но жизнь совестливой доносчицы не сложилась. В деревне ее сразу же невзлюбили, а потому, когда после войны выяснилось, что девушка жила на оккупированной территории, соседи написали на нее донос. В итоге Ольге Балыкиной пришлось отбыть тот же срок, что когда-то и ее отцу – 10 лет лагерей.



Воспитанные пионерской организацией юные ленинцы старались как могли. Дети-доносчики из разных областей страны вызывают друг друга на всесоюзное социалистическое соревнование: кто больше донесет. Выходит книга журналиста Смирнова «Юные дозорники» — инструкция для пионеров. Автор учит, где могут быть враги народа, как их искать, куда сообщать. Смирнов учит детей посылать письма так, чтобы враги партии не могли перехватить доносы на местной почте: пионеру их следовало отвозить на станцию и самому опускать в почтовый вагон проходящего поезда. Делегации пионеров-дозорных приезжают в соседние области и обмениваются «передовым» опытом. Проводятся слеты дозорных, на которых передовики делятся опытом "разоблачения врагов народа" и "расхитителей колхозного добра". Состоялся даже республиканский слет дозорных, и член Политбюро Постышев стал его почетным гостем. Создается всесоюзная «Красная доска почета» для пионеров-дозорников, на которую заносят имена лучших. Газета «Правда» записала на красную доску почета всю Северо-Кавказскую школьную организацию за охрану колхозного урожая. Так называемая «легкая кавалерия» действовала там по формуле: «увидел — помчался — сообщил». В газете названы 44 активиста-доносчика.

«Пионерская правда» рапортовала о подвигах юных осведомителей, набирала крупными буквами их имена и описывала их «подвиги»: выследил в поле односельчан, стригущих колосья, разоблачил пастуха, сдал в ОГПУ отца, мать, соседа, выявил вредителя, раскрыл шайку расхитителей колхозного добра, поймал кулачку. Газета становится центром сбора доносов от своих читателей со всей страны. Здесь они обрабатывались, учитывались и передавались по назначению. Читатели-агенты называются «бойцами», «дозорными», «следопытами».

Советские радио, газеты, книги, речи пели хвалу каждому доносу, обучая тонкому искусству осведомления органов.
Даже мелким ябедникам газеты пели дифирамбы. Дети-корреспонденты (деткоры) сообщали, кто опаздывает на занятия, прогуливает уроки, получает плохие оценки или не хочет подписываться на "Пионерскую правду". Редакция поручала своим читателям следить за товарищами в дни религиозных праздников. Дети отзывались: пионер такой-то вместо школы ходил в церковь. Некоторые дети перестали учиться, а следили за теми, кто не посещает школы.



Народный комиссар просвещения Андрей Бубнов издал в 1934 году приказ отдавать под суд неблагонадежных родителей, которые нерадиво относятся к своим детям. Схема следующая: ребенок доносит учителю, что он недоволен отцом или матерью. Школа подает на них в суд.

Редактор «Пионерской правды» А. Гусев, ссылаясь на указания Политбюро, в книге «Деткоры в школе» писал, что быть деткором, — это значит следить за учителем, быть зорким в борьбе за качество преподавания в классе. Дети должны были обнаруживать и разоблачать классовых врагов среди учителей, и они охотно выполняли это поручение. Мальчик написал в газету, что директор его школы дал на уроке детям такую задачу: «Всего в селе было 15 лошадей, а когда люди вступили в колхоз, то 13 лошадей сдохли. Сколько лошадей осталось?» Больше директора в селе не видели, как классовый враг он был привлечен «к суровой ответственности.

Дети охотно сообщали фамилии своих учителей и вожатых, которые, по их мнению, ленивы или профессионально непригодны. Интимная жизнь взрослых также занимала пионеров. Газета "На смену!" напечатала анонимное письмо мальчика о его соседе, который живет с комсомолками, а потом их выгоняет и приводит других. Пионерам вменялось в обязанность подслушивать каждый звук, каждый шорох, каждый вздох.

Перелистаем "Пионерскую правду" конца 1933 года.
7 ноября. "Леня поймал двух воров". Леня выследил и сообщил куда следует о двух подозрительных людях.
15 ноября. "Зоркий дозор! Виновных в избиении строго судить!"
29 ноября. "Деткор разоблачил кулаков". Пионер донес в газету, газета - немедленно в ОГПУ. Тот же общественный обвинитель от имени газеты Смирнов выезжает на место, где сам организует следствие.
3 декабря. "Пионерский дозор на транспорте". Пионердозорник задержал грузчицу с украденной рыбой.
11 декабря. Пионер "уверенно рассказал суду о кулацких проделках в деревне".
15 декабря. На суде выступил опять Смирнов. Он "останавливается на классовой борьбе в нашей стране". Те, на кого донесли пионеры, получают "10 лет строгой изоляции в концентрационных лагерях".
17 декабря. Газета цитирует Сталина: врагов "не нужно искать далеко от колхоза, они сидят в самом колхозе... ".

Когда кампания разворачивалась, свердловская газета "Всходы коммуны" делала предупреждение пионерам, которые почему-то не донесли на своих родных: те, кто промолчат, после этого - не пионеры. Тот, кто не доносит, сам враг, и о нем следует немедленно сообщить. Год спустя председатель Центрального бюро пионеров Валентин Золотухин гарантировал доносчикам покровительство государства: "Вся страна смотрит за каждым уголком Союза, за каждым пионером. И пионеру некого бояться". Страна следила за доносчиками, доносчики за страной.



В 1932—1933 годах Кремль устроил Голодомор в Поволжье, Украине, Центрально-Черноземной области, Северном Кавказе, Урале, в Крыму, в некоторых районах Западной Сибири, Казахстана, Беларуси, изымая у крестьян все подчистую зерно, продаваемое за границу по заниженным, демпинговым, ценам. Стране нужны были заводы и фабрики. И преступный советский режим, не задумываясь, решил обменять их на жизни умирающих от голода людей.

В таких условиях крестьянам надо было выживать. Голодные люди, рвавшие колосья, на жаргоне тех лет в печати назывались "парикмахерами колхозного хлеба". Для борьбы с этими умирающими от голода "преступниками" "самая справедливая в мире" страна тут же привлекла подростков и детей. В отчете одного из районных исполнительных комитетов Челябинской области сказано: «В период уборочной кампании совместно с комсомолом было организовано 68 вышек для охраны урожая и вовлечено в дозоры 317 пионеров и школьников». "Стой! Откуда? Куда?" - так окликают станичные пионеры каждого чужого человека, проходящего по полю, и, если человек окажется вором, задерживают его", - писала "Пионерская правда" в 1933 году. Газета весело рассказывала, как дети сами, в отсутствие взрослых, обыскивали чужие дома.

"Пионерская правда" печатала очерк о герое-пионере Коле Юрьеве, который сидел в пшенице с осколком увеличительного стекла. Он увидел девочку, которая срывала колоски, и схватил ее. Вырваться "врагу народа", которая съела несколько зерен хлеба, не удалось.

Настоящий пионер Проня Колыбин "разоблачил" свою мать, которая собирала в поле опавшие колосья и зерна, чтобы накормить его самого. Мать посадили, а сына-героя отправили отдыхать в Крым, в пионерский лагерь Артек.

Доносчик Проня Колыбин с пионерами и вожатым в Артеке, июнь 1934 года.



Школьник из-под Ростова-на-Дону Митя Гордиенко донес на семейную пару, собиравшую в поле опавшие колосья. В результате муж был приговорен к расстрелу, а жена — к десяти годам лишения свободы со строгой изоляцией. Митя получил за этот донос именные часы, пионерский костюм, сапоги и годовую подписку на газету «Ленинские внучата».

В августе 1934 года в Челябинске проводился областной слет пионеров-дозорников. Газеты поместили фотографию пионерки Дуси Аксеновой и рассказ о ее подвиге. «Эта встреча пионерского дозора из деревни Антошкиной Шумихинского района произошла 12 июля. В тот день кулачка Луканина избила пионерку Дусю Аксенову и приказала ей никому не говорить о ножницах и мешке. Но пионерка-героиня не испугалась угроз кулачки… На днях Луканина будет стоять перед судом, а Дуся — делегат областного слета пионеров-дозорников». Сама Дуся, украшавшая президиум слета, по детскому своему разумению еще не задумывалась, зачем журналист наврал про побои и как будут жить девочки, дочки посаженной соседки…

Пионер-герой ученик третьего класса Ваня Холмогоров, ночью увидел, как «Дерюшев Еремей и несет один аржаной сноп…» и утром рассказал все «кому надо». Расхититель, когда за ним пришли, варил ржаную кашу. Обещание расстрела он встретил спокойно, будто знал, что всевышний его спасет. 20 января 1933 года, за неделю до суда, Еремей Евлампиевич умер в камере исправдома. Ему было семьдесят девять лет.

В деревне Скоблино Юргамышского района на колхозном поле орудовала «кулацкая банда». Ее спугнули. Сторож, охранявший поле, на следствии нес что-то про плохое зрение и осечку ружья. Молодежной засаде на околице удалось поймать одного из преступников — Петра Махнина. При нем оказалось ведро проса. От него чисто дедуктивным методом вышли на остальных. На скамью подсудимых сели: Дудина Вера — 45 лет, Репнина Татьяна — 56 лет, Дудина Парасковья — 70 лет, Дудин Леонтий — 77 лет и Петр Махнин — 80 лет. Приговором областного суда от 12 декабря 1932 года преступницы подвергнуты лишению свободы на десять лет каждая с конфискацией имущества. Лишь Леонтию Дудину и Петру Махнину удалось избежать наказания: оба умерли до суда в камере Курганского исправдома.

Голодных крестьян, укравших несколько колосков или картофелин на колхозном поле, по «Закону о трех колосках» отправляли в лагеря, а лучших из дозорных — на Черное море в образцово-показательный пионерский лагерь «Артек», превращенный в зону отдыха юных доносчиков.



Таким образом, в 30-х годах в СССР сталинским режимом была создана многослойная, перекрестная, дублирующая саму себя тотальная система политического сыска, одним винтиком в которой были дети.

Но тоталитарный режим - это не только жизнь в постоянном страхе простых граждан, а и страх диктаторов потерять власть, страх перед собственным народом. Все тоталитарные редимы схожи. И тотальный контроль над мыслями и поступками людей - неотъемлемая часть любого из них. Давайте посмотрим, как обстоят дела в тоталитарной России. "Юнармия", где детей учат маршировать под агрессивные лозунги и обращаться с оружием, внушая, что вокруг них за каждым углом одни враги. Группы добровольцев-доносчиков, сотрудничающие с властями и помогающие выискивать "экстремистские" посты в соцсетях, работают уже в 20 российских регионах под эгидой государственных образовательных учреждений. Как неожиданно, правда? История заходит на свой очередной виток...

* * *
Источники:
https://history.wikireading.ru/240332
https://antisovetsky.livejournal.com/21189.html
https://historical-fact.livejournal.com/15533.html
водка, мишка

Из истории братских режимов



Как и для чего чекисты фальсифицировали национальность своих жертв?

Говоря о преступлениях коммунистов, принято говорить, что их преступления носили только социальный характер. При этом опускаются и массовые депортации и, тем более, этнические чистки (так называемые "национальные операции"). В 1937-38 годах были проведены несколько национальных операций, когда удару подвергались представители конкретных национальностей: поляков, немцев, латышей, литовцев, эстонцев, финнов, греков, румын, болгар, китайцев, иранцев, афганцев и других. И процент расстрелов (по сути, убийств без суда и следствия - так суда не было - приговоры подписывались заочно в альбомном порядке) был невероятно высок 70-90% - "высшая мера наказания" или, как любили писать чекисты, "первая категория".

Для того, чтоб было проще уничтожить человека, сотрудники НКВД фальсифицировали его... национальность.

Так, в приведенных документах на Островского Антона Михайловича, 1878 г.р. (59 лет) в постановлении на арест 22 августа 1937 года он ещё белорус, а в приговоре от 24 ноября 1937 года - уже поляк.




Больше всего не повезло людям с "польскими", "латышскими", "немецкими" и прочими фамилиями. В некоторых регионах энкаведисты искали потенциальных "шпионов" прямо по телефонным справочникам. А иногда, как в приведенном примере, человек под пытками признавался, что он... нужной следователю национальности.

Проще говоря, это и есть преступления коммунистов по национальному признаку, ничем не отличающиеся от преследоваеия евреев нацистами просто потому, что они евреи.

Вот почему режим гитлеровский и режим советский - это два братских режима...
водка, мишка

Концлагерь народов. Советская оккупация и спецпереселенцы



Ровно 70 лет назад, 6 апреля 1950 года, в стране "дружбы народов" случился очередной прорыв Секретным постановлением Совета Министров СССР выселенные с родной земли спецпоселенцы (народы захваченной Москвой Балтии, крымские татары и другие) начали считаться сосланными навечно.

«Люди в форме окружили дом, дали час на сборы, запихнули меня, маму, двух сестёр и папу в „телячьи“ вагоны и погнали в неизвестность». Таковы первые воспоминания Антанаса Гуркшниса. Летом 1945-го за его семьёй, проживавшей в литовской деревне, пришли НКВДшники и отправили на спецпоселение в Галяшор Кудымкарского района. Новоиспеченному "врагу народа" тогда было 3 года. Всего из Литвы в сороковые годы XX века было депортировано больше 150 тысяч человек.



Большая семья Антанаса Гуркшниса проживала в деревне Виршулишкяй в 40 километрах от Вильнюса. Три брата, две сестры, отец и мать. Антанас вспоминает, что его папа в начале 1920-х годов служил добровольцем в республиканской армии, за что был удостоен медали. У семьи был большой дом и большое хозяйство.

«Рано утром в июле 1945 года моя сестра в поле была, пасла коров, увидела военных и побежала в дом, предупредить семью, — рассказывает Анатнас. — Один из старших братьев партизанил против советских оккупантов —  был в „лесных братьях“, поэтому мы, как его родственники, подлежали высылке. Нас погрузили в поезд и повезли на Восток».

Куда ехали спецпереселенцы — они не знали. По дороге люди умирали от истощения и болезней. Чтобы не думать о еде, нужно было спать — «когда спишь, есть не хочется». Ехали больше трёх недель. В итоге состав прибыл на станцию Менделеево, недалеко от Карагая. Оттуда семью Антанаса переправили в посёлок Галяшор в Кудымкарском районе.

«Там стояли 2 барака и несколько домиков. Посреди посёлка — непаханое поле. Здесь не сеяли ни рожь, ни пшеницу. В посёлке уже жили несколько семей сосланных поляков и местные коми-пермяки. Нас поместили в бараки, которые отапливались дровами. Всех в одну комнату — ютились как сельди в бочке. Позже каждую семью распределили по отдельным комнатам. Она была для нас всем — там стоял стол, была кухня и спальня. Помню, наше окно выходило на север — вид всегда был мрачный».



Справка:

В 1930 году начинается массовое выселение раскулаченных крестьян в отдалённые районы страны, тогда же появилось обозначение «спецпереселенцы».С конца 1930-х и до начала 1950-х происходит депортация с приграничных территорий, либо с территорий, зазваченных и в кандалах приведенных в советскую тюрьму народов. По разным оценкам, общее число всех депортированных составило свыше 6 миллионов человек.

В Коми-Пермяцкий округ жителей Литвы оккупанты начали переселять в 1945 году в три этапа — в июле, августе и сентябре. Подобные депортации повторялись каждый год, вплоть до 1953 года. Эшелоны с людьми останавливались на железнодорожной станции Менделеево, далее ссыльных переправляли на север.
В 1945 году в Галяшор прибыли около 80-ти литовских и польских семей, в том числе семья Антанаса Гуркшниса. На тот момент литовцы составляли большинство населения посёлка.




Через два года, в 1947-м, умер отец Антанаса. Это было самое сложное время. Поля обрабатывать и что-то выращивать запрещали. В столовой кормили мороженой картошкой.

«В эти первые годы многие люди, голодая, болели и умирали от истощения. В том числе мой папа. Он похоронен на Галяшорском кладбище».
К их семье у местных властей было особое отношение. Весной 1946-го старшая сестра Аугения сбежала, а покидать спецпосёлок было строго запрещено. Если бы её поймали, ей грозила тюрьма и ссылка.
«К нам домой четыре раза в неделю приходил комендант. Осматривал дом, проверял, все ли на месте — и забрал все бумаги и все фотографии. Поэтому у меня не осталось старых фотографий нашей семьи и папиных наград».

Справка:
Спецпоселение (трудпоселение, спецпосёлок) — общее, типовое название населённого пункта, включённого в масштабную систему режимных поселений граждан, высланных в административном порядке в 1920-1950-е годы. Спецпоселение управлялось поселковыми и районными спецкомендатурами и отделами спецпоселений ГУЛАГа НКВД СССР.




Мать Антанаса работала банщицей. Это был адский труд. Приходилось носить воду из колодца на прямых коромыслах (прямая палка). Баня была одна на весь посёлок, здесь топили печь. Печь нагревала большую бочку, от которой вели две трубы к кранам с горячей водой. Женщине нужно было заполнить бочку и натаскать холодной воды, которой разбавляли кипяток.

«Она работала бессменно. Зимой бегала по морозу в минус 40-50. Сама рубила дрова и носила их в баню, которая открывалась после пяти и работала, пока шли люди, приезжавшие с лесозаготовок, до двенадцати ночи. За свою работу мама получала всего 27 рублей в месяц, и на эти деньги мы как то все жили».





Потом старшая сестра устроилась на работу в столовую. Однажды что-то по неопытности недосчитала и попала в тюрьму на несколько месяцев. Позже работала приемщицей леса на Велве-Базе.
«А я ходил в детсад, — вспоминает Антанас. — Постоянно не доедал. Для меня кусок хлеба, посыпанный сахаром, был невиданным лакомством. Потом пошёл в школу. Первые два класса были в Галяшоре, когда перешёл в третий класс, пришлось ходить за несколько километров в поселок Вельва-База, потом 5-7 класс — в посёлок Мелехино, это 9 км, в старшие классы в поселок Ёгва — это ещё дальше».



Справка:
В конце 40-х — начале 50-х гг. на Западном Урале размещалось около 20 категорий спецпоселенцев. Среди них были и бывшие "кулаки", и литовцы с латышами и эстонцами, и народности Крыма, и немецкие репатрианты, и многие другие. Всего в Пермской области числилось почти 90 тысяч спецпоселенцев всех национальностей, из них 2324 литовца-спецпоселенца (по данным 1949 года).

Большая часть из них передавалась для «трудового использования» в системы разнообразных министерств, решавших таким образом проблему набора рабочей силы. Таким образом, лагеря и спецпоселения, как источник бесплатной, дармовой рабочей силы, оставались неотъемлемой составляющей советской социально-экономической системы.


Антанас Гуркшнис говорит, они узнали о том, что можно вернуться на Родину, только в 1957 году. Но его мама жила в поселке Галяшор до начала 1970-х — возвращаться ей было некуда. Их старый дом давно разобрали, от хозяйства ничего не осталось. Оккупанты отобрали и разграбили всё. Сам он служил в армии, позже работал на Куединском заводе. Потом Антанас узнал, что его старший брат — тот, который партизанил — погиб. А сбежавшая из Галяшора сестра чудом добралась до Литвы и жила под чужим именем.





А что же происходит в России сейчас, в наши дни? Антанас Гуркшнис стал одним из инициаторов возведения мемориала на кладбище близ закрытого в 1972 году спецпосёлка Галяшор, где похоронены около сотни депортированных, в том числе его отец. Памятник с табличками, на которых написаны фамилии и инициалы, поставили в 2016 году, на деньги, собранные в Литве. У страны, продолжающей тратить миллиарды на войны и захват чужих земель, пышные парады и марши, танки и ракеты, на память о невинно загубленных их "дедами" жизнях денег не нашлось. Как и желания признавать свои преступления.

Но и это ещё не всё. Власти обвинили Гуркшниса в незаконном захвате земель государственного лесного фонда.



В 2019 году волонтёры Молодёжного Мемориала вовсе были допрошены полицией после того, как... во время экспедиции прибрались на кладбище и благоустроили памятник. А на организацию и её председателя Роберта Латыпова вообще наложили штраф за якобы незаконную рубку леса.

Спецпоселений на территории Пермского края насчитывалось более тысячи. При этом нет ни одного кладбища, зарегистрированного как кладбище жертв политических репрессий. В официальных документах все эти территории — собственность лесного фонда.


«Нам говорят: да, их репрессировали, но не расстреляли же, — говорит Роберт Латыпов. — Следует понимать, что геноцид крестьянства в СССР, появление спецпереселенцев было целенаправленной политикой государства. Людей выгнали, выселили с родной земли, затолкали в теплушки и увезли в тайгу. Первые годы ссылки выселенные не просто умирали от болезней и нечеловеческих условий жизни, они „дохли, как собаки“. Ни за что. Неповинные ни в чём люди».

Роберт Латыпов говорит, что в этом году экспедиция Мемориала впервые столкнулась с открытым противодействием властей. Видимо, дело в том, что в экспедиции участвовали граждане Литвы.

«Мы будто перешли какую-то невидимую черту. В этом сезоне мы провели четыре экспедиции (собирали устные истории бывших спецпереселенцев) — и никаких прецедентов, власти даже содействие нам оказывали. Видимо, можно проводить экспедиции без участия иностранных граждан. Вероятно, существует негласный запрет на участие Литвы в мероприятиях по увековечиванию памяти жертв репрессий. Есть документальное доказательство того, что это был запрос ФСБ — послать рейд по предотвращению работы экспедиции».

Просто напомню, что литовским поисковикам проекта "Миссия Сибирь" в визах и въезде на территорию РФ было полностью отказано.

СССР был не страной вкусного пломбира, а концлагерем народов. Совершенно очевидно, что современная путинская Россия выбрала тот же путь, в отличие от покаявшейся и очистившейся от гитлеровского наследия Германии.

* * *
https://zvzda.ru/articles/a2f28c6e7b1c
водка, мишка

"Опасные" вещи. Как в СССР искали контрреволюцию в спичках, а фашизм - в Пушкине



Многие были пионерами, и конечно же прмнят, как нужно было правильно завязывать красный галстук? А ведь если бы не волна шизофрении в тридцатых, то галстуки вообще завязывать было не надо, поскольку первоначально они зажимались специальными зажимами.Были пионерские металлические зажимы, на которых был изображен горящий костер с тремя языками пламени.

Но в ноябре 1937 года школы Москвы и Ленинграда поразила эпидемия слухов об опасности этих зажимов.
В гравировке с изображением пламени школьники и взрослые видели вездесущую «бородку Троцкого», его профиль, а также подпись злодейской оппозиции:

«Если перевернуть значок вверх ногами, три языка пламени образуют букву Т, что значит — троцкистская. Если повернуть его боком, эти же языки пламени оказываются буквой З — зиновьевская. А если смотреть на рисунок прямо, то получится буква Ш — шайка. Значит, враги изобразили на нем свой символ: троцкистско-зиновьевская шайка».



Такие слухи вызвали проверку НКВД.

«В ноябре месяце 1937 года в Москве, в значительном количестве школ среди пионеров распространились слухи, что на пионерских галстуках, якобы, выткана фашистская свастика, а на зажимах к пионерским галстукам имеются инициалы «Т» и «З», что означает «Троцкий» и «Зиновьев». Это послужило причиной к тому, что пионеры в массовом порядке начали снимать пионерские галстуки и зажимы. Такие же факты снятия пионерских галстуков и зажимов к ним отмечены в Ленинграде, в пионерлагере «Артек», а также во многих городских и сельских школах Крыма. Произведенной проверкой установлено, что ни на пионерских галстуках, ни на зажимах к ним нет ни знаков фашистской свастики, ни указанных инициалов»

Популярность зажимов упала, и на десятилетия вперед, школьники были вынуждены вязать восьмёрки и подушки.

Но общая волна тотальной шизофрении была огромна.

В 1937 году, в разгар Большого террора, советская страна с невероятным размахом праздновала столетие смерти Пушкина. Задачей этих торжеств было включение поэта в советский символический порядок: из чуждого «буржуазного» явления Пушкин становится элементом нового сакрального пространства советской власти, наравне с партийными вождями и героями авиации.

В честь столетней годовщины смерти поэта в феврале 1937 года Народный комиссариат местной промышленности выпустил тиражом в 200 миллионов экземпляров специальную серию "пушкинских тетрадей" с портретами поэта и иллюстрациями к его произведениям на обложках.



Красивые тетради, изготовлявшиеся на многих фабриках страны, в течение почти всего года радовали школьников. Однако неожиданно 19 декабря школы и торговые точки получили предписания в срочном порядке «изъять тетради, имеющие на обложке следующие изображения:

1. Песнь о Вещем Олеге,
2. У Лукоморья дуб зеленый,
3. Портрет Пушкина,
4. „У моря“ с картины Айвазовского и Репина».






Учеников собирали в актовых залах и объясняли про происки врага и необходимость уничтожать обложку. Многие бывшие школьники 1937 года вспоминают страшную «тетрадочную панику», которая быстро перекинулась и на другие тетради, вообще не имевшие отношения к юбилею поэта. Как красочно написал автор одного из спецсообщений НКВД, саратовские комсомольцы, а также учителя «шарахнулись в контрреволюционные крайности» и стали уничтожать обложки тетрадок с Некрасовым и Ворошиловым.

«Больше года мы пользовались тетрадями без обложек, завертывая их в газеты». Волна паники коснулась тетрадей, выпущенных в честь беспосадочного перелета Москва — Северный полюс — Ванкувер, что привело не только к уничтожению обложек, но, согласно воспоминаниям очевидца «и к массовым арестам сотрудников одесской фабрики, выпустившей тираж тетрадок. На целых двадцать лет «пушкинская» тетрадь превратилась в опасную вещь, хранение которой могло иметь самые тяжелые последствия при аресте.

«Причиной «тетрадочной паники» послужило спецсообщение, отправленное в ноябре 1937 года «хозяином Куйбышева», первым секретарем Куйбышевского обкома Павлом Постышевым Сталину и Ежову по поводу двух пушкинских тетрадей, выпущенных пензенскими и саратовскими фабриками. Бдительный Постышев нашел на обложке множество опасных знаков и посланий:»

«На первом образце, где воспроизведена репродукция с картины художника Васнецова, на сабле Олега кверху вниз расположены первые четыре буквы слова «долой», пятая буква «И» расположена на конце плаща направо от сабли. На ногах Олега помещены буквы ВКП — на правой ноге «В» и «П», на левой «К». В общем, получается контрреволюционный лозунг — «Долой ВКП».

На второй обложке, где воспроизведена репродукция картины Крамского — в левом углу рисунка лежат трупы в красноармейских шлемах. Затем если повернуть этот рисунок вверх текстом, а вниз заголовком, то в правом углу можно обнаружить подпись, похожую на факсимиле Каменева.

Кроме этих тетрадок посылаю еще два образца обложек, где на одной из обложек у Пушкина на безымянном пальце помещена свастика, а на другом образце, где воспроизведена репродукция с картины Айвазовского, также имеется свастика на голове Пушкина, в том месте, где расположено ухо.

Было начато расследование. Через месяц, в декабре 1937 года, заместитель наркома внутренних дел товарищ Бельский послал подробный отчет о деле лично Сталину. Отчет добавлял новые жуткие подробности о раскрытой диверсии:

Художники СМОРОДКИН и МАЛЕВИЧ, выполняя штриховые рисунки с репродукций картин художников ВАСНЕЦОВА, КРАМСКОГО, РЕПИНА и АЙВАЗОВСКОГО, умышленно внесли в эти рисунки изменения, что привело к контр-революционному искажению рисунков, а именно:

«а) в рисунке с картины ВАСНЕЦОВА «Песнь о вещем Олеге» СМОРОДКИН нанес изменения рисунка колец на ножке меча и рисунка ремешков обуви Олега. В результате получился контр-революционный лозунг — «Долой ВКП»;

б) при изготовлении штрихового рисунка с картины РЕПИНА и АЙВАЗОВСКОГО «Пушкин у моря» на лице ПУШКИНА СМОРОДКИНЫМ нарисована свастика;

в) штриховой рисунок с картины художника КРАМСКОГО «У лукоморья дуб зеленый» делал художник МАЛЕВИЧ, который у воинов, лежащих на земле, нарисовал красноармейские шлемы и произвольно изобразил вместо четырех воинов — 6;

г) свастика на безымянном пальце ПУШКИНА, в рисунке с картины художника ТРОПИНИНА «Портрет ПУШКИНА» нанесена уже при печатании в типолитографии «Рабочая Пенза» на готовое клише.

Из всех типографий, печатавших тетрадные обложки с контр-революционными искажениями, изымается клише.
По результатам расследования художников Петра Малевича и Михаила Смородкина действительно обвинили в совершении диверсии и отправили в «отдаленные места». Согласно воспоминаниям их друга, жена Малевича, вооружившись клише для печати, ходила с ним по кабинетам и доказывала, что никакой свастики нет. Через год Малевич вернулся из Воркуты, вернулся с Колымы и Смородкин, потеряв пальцы ног.
В дальнейшем, если у подозреваемых находили такие тетради, то это добавляло срок.

И такая история была не одна. Но это был один из первых толчков, который спровоцировал процесс гиперсемиотизации. Грозные тайные знаки видели везде. Свастику видели в рисунках ткани, запрещали пуговицы с перекрещивающимися линиями дизайна «футбольный мяч», видели свастику на срезе колбасы.

В том же 1937 году Вера Мухина заканчивает монтирование известной скульптуры «Рабочий и колхозница» для всемирной выставки в Париже.



Монтаж этой скульптуры шел на территории завода. Работа над скульптурой закончена, вся команда на радостях собирается и пьет, и тут в три часа ночи к ним прибегает сторож завода и, бледный от ужаса, сообщает, что на завод приехал Сталин, приказал подогнать прожекторы и направить их на юбку колхозницы. Он долго-долго там что-то искал. Потом выяснилось: был донос, что в складках юбки колхозницы Мухина замаскировала огромный профиль Троцкого. Сталин его не нашел, поэтому скульптура и Мухина поехали в Париж, а не на Колыму.

«15 декабря 1937 года на заводе № 29 состоялось экстренное заседание Бюро Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б), посвященное изготовлению маслобоек с лопастями, которые имеют вид фашистской свастики. Суть дела такова: управляющий областной конторы Метисбыта товарищ Глазко предъявил образец маслобойки, «лопасти которой имеют вид фашистской свастики». Проверка установила, что «начальник цеха Краузе», немец по национальности, «добавил вторую лопасть, установив ее перпендикулярно первой. В результате расположение лопастей приобрело вид фашистской свастики». Вопрос о лопастях для маслобоек потребовал персонального отчета «на министерском уровне» — со стороны наркома оборонной промышленности Михаила Кагановича. Дело было передано в НКВД.

Упомянутые лопасти по конструкции располагаются внутри маслобойки, соответственно, в штатной ситуации их никто не видит, поэтому в виде орудия прямой или косвенной пропаганды они могут зловредно повлиять на очень ограниченное количество людей. Несмотря на это, маслобойки были изъяты, а люди, имеющие к ним отношение, арестованы.

Начиная с 1937 года свастики стали находить абсолютно везде. Например, в декабре того же года усилиями Главлита такой знак был обнаружен на пуговице френча Сталина, причем признаком свастики было сочтено то, что пуговица была пришита «крестообразно».

Бдительный Постышев отыскал свастику не только на портретах Сталина и Пушкина, но и в саратовской колбасе. Искали ее и инстанции пониже. В 1942‐м одна лагерница чуть не получила второй срок за изображение свастики, увиденное надзирателем на самодельной детской распашонке.»

«Спичечная фабрика «Демьян Бедный» в Ленинградской области несколько лет выпускала спичечные коробки с изображением пламени. Дизайн этикетки был радикально изменен в 1937 году — возможно, произошло это из‐за распространенных слухов о том, что если перевернуть коробок вверх ногами, то вместо пламени вокруг нарисованной спичечной головки можно увидеть «профиль Троцкого»



После, в 50-60-70 и 80 ые года, поток шизофрении слегка утих, но тем не менее, народ постоянно развлекал себя слухами и боялся.

Уже в 50-е годы появляются легенды о том, что пленные немцы во время войны и после нее строили в СССР дома, фабрики, заводы, больницы так, чтобы сверху была видна опять-таки свастика — в качестве мести. И эти легенды были очень популярны в Советском Союзе. Если спросите старшее поколение, они это вспомнят, я вас уверяю.

В конце 60-х и в 70-е распространяется история, что Китай продает Советскому Союзу необычные ковры. В то время в СССР действительно шел поток ярких китайских товаров: махровые полотенца, спортивные костюмы, термосы. В частности, ходили слухи о загадочных коврах, что если повесить их на стенку, ночью сквозь узоры проступит портрет Мао Цзэдуна в гробу, и он тебя задушит.

К московской Олимпиаде 1980 года группой Dschinghis Khan была написана «Moskau», веселая танцевальная песня в бешеном ритме, которая по своему прямому содержанию совершенно невинна и очень примитивна, в ней говорится, что Москва прекрасна, а любовь на вкус, как икра.



Однако тут же возникает очень популярная городская легенда о том, что в этом тексте спрятано фашистское скрытое послание, что там на самом деле говорится: «Москва, Москва, закидаем бомбами, будет вам Олимпиада, ха-ха-ха-ха-ха, на обломках Кремля построим лагеря». По этому поводу партийные органы обменивались всевозможными служебными записками, а комсомольские рекомендовали исключить песню из репертуара дискотек.

Истории о западных шпионах и "опасных иностранных дарах" были созданы советским агитпропом еще в 1930-е, но не исчезли и в послевоенное время. Они обосновались в художественной литературе, преимущественно — в детских книжках о «шпионах». В повести Алексея Попкова «Тайна голубого стакана» (1955) методом «опасного дара» действует шпионка — красивая и ярко одетая женщина, предлагающая пионеру отравленную конфету в яркой обертке:

"Вижу, стоит на крыльце женщина молодая, красивая. Кофточка на ней шелковая, зеленая-зеленая, а в руках желтая сумочка.

Стоит и все оглядывается по сторонам, как будто дожидается кого или кого-то слушает... Попросила она воды, зашла в дом и так внимательно оглядела кухню и комнату. Потом спросила, не заезжал ли сегодня к нам кто-нибудь с рудника? Я сказал, что у нас давно никого не было, а дедушка ушел в тайгу. Тогда она достала из сумочки две конфетки в цветных бумажках и дала мне. «Это, — говорит, — вечером, как дед вернется, чай пить будете, одну сам съешь, а вторую дедушке дай, пусть и он попробует!» Улыбнулась и ушла, а мне что-то так страшно стало..."

Но также подобные истории продолжали существовать в виде слухов и городских легенд:

"Американцы с самолетов забрасывают в СССР и другие социалистические страны колорадских жуков, чтобы те пожирали урожай картофеля".

«Люди находили вшей или еще что-то в этом роде в швах импортных джинсов, купленных с рук у иностранцев".



Такие слухи возникали время от времени в таких посещаемых иностранными туристами городах, как Москва и Ленинград. Но периодами особой актуальности подобных историй становятся Всемирный фестиваль молодежи и студентов 1957 года и Олимпиада-80.

Нет нужды говорить, что за большинством из них стояли советские спецслужбы.

"Иностранцы делают в общественном транспорте советским гражданам микроуколы с возбудителями различных болезней".

"Иностранцы во время Олимпиады привезли в Москву специально зараженных мышей".

При этом в «фестивальных» рассказах, в отличие от слухов военного периода, иностранец не устраивает массовых заражений: он действует на индивидуальном уровне и стремится навредить конкретному человеку. Задачеа этих историй - вызывать повышенную бдительность граждан при контактах с иностранцами, сторониться их и не идти на контакт. А то вдруг после общения окажется, что на Западе живут не враги, и живут гораздо лучше, чем в стране "победившего социализма", ни на кого не собираясь нападать.

Но самыми распространенными сюжетами были следующие:

Советский человек покупает/принимает в дар от иностранца импортные джинсы и обнаруживает, что они отравлены (в швах зашиты ампулы с бледными спирохетами, яд, пакетики со вшами).

Советский ребенок принимает от иностранца в дар лакомство (жвачку, конфету), которое оказывается отравленным (начиненным иголками, бритвенными лезвиями, толченым стеклом). Ребенок может заболеть, получить увечья или умереть.

Советский человек принимает от иностранца в дар/находит на улице дефицитный предмет (авторучку, игрушку иностранного производства), который взрывается в руках.

Задача этих мифов в канун Олимпиады и фестивалей "дружбы народов" очевидна — предотвратить контакты советских людей с иностранцами. Но почему иностранец в этих легендах вредил именно так — предлагая соблазнительный дар?




Советские люди стремились обладать западными вещами, потому что они были во многом не просто вещами, а знаками принадлежности к западному, несоветскому, свободному миру. Одним из таких «объектов желания» для детей и подростков была иностранная жевательная резинка — частый элемент детской товарно-обменной сети. Иностранная жвачка была вещью настолько редкой и вожделенной, что иногда жевалась по очереди компанией друзей или даже всем классом (практика, которая сегодня кажется непонятной и довольно отталкивающей).

Поэтому неудивительно, что среди опасных даров, которыми искушали иностранцы, на первом месте по упоминанию находится отравленная жвачка: «Ребята во дворе говорили, что нельзя брать жвачку у иностранцев, потому что внутри там лезвие бритвы или она отравленная». Следом идут импортные джинсы и косметика, в которых могут оказаться «микроиголка с ядом» или паразиты.

И так продолжалось практически до самого развала "совка", правда в "перестройку' над подобными историями больше смеялись.

(Из книги А. Архипова, А. Кирзюк. «Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР»)


В общем, пора "всё взад возвращать". В России вот, например, "можем повторить" уже в полном разгаре. Вместе с КГБ, "врагами народа", "инагентами" и "иностранными шпионами". Шизофрению тоже уже вернули...